Навигация
На главную

Оперативные новости NHL

Анахайм Дакс

Атланта Трэшерз

Баффало Сэйбрз

Бостон Брюинз

Ванкувер Кэнакс

Вашингтон Кэпиталз

Даллас Старз

Детройт Ред Уингз

Калгари Флэймз

Каролина Харрикейнз

Коламбус Блю Джекетс

Колорадо Эвеланш

Лос-Анджелес Кингз

Миннесота Уайлд

Монреаль Канадиенс

Нью-Джерси Дэвилз

Нью-Йорк Айлендерс

Нью-Йорк Рейнджерс

Нэшвилл Предэйторз

Оттава Сенаторз

Питтсбург Пингвинз

Сан-Хосе Шаркс

Сент-Луис Блюз

Тампа-Бэй Лайтнинг

Торонто Мэйпл Лифс

Филадельфия Флайерз

Финикс Койотис

Флорида Пантерз

Чикаго Блэкхокс

Эдмонтон Ойлерз

NHL

Другие новости

Наши друзья

Карта сайта


Статистика



Все команды НХЛ » Монреаль Канадиенс (Montreal Canadiens)


Монреаль Канадиенс (Montreal Canadiens)

 Страна
  Канада (Canada)
 Штат/Провинция
 Квебек (Quebec)
 Город
 Монреаль (Montreal)
 Конференция
 Восточная (Eastern)
 Дивизион
 Северо-Восточный (Northeast)
 Официальный сайт
 http://canadiens.nhl.com/
 Стадион
 Молсон Сентр (Le Centre Molson)
 Вместимость

 Вместимость 21273 чел.




История
История «Монреаль Канадиенс» – это люди, причастные к созданию легенды. Это Ньюси Лалонд, Джо Мэлоун, Тоу Блэйк, Морис Ришар, Даг Харви, Жак Плант, Жан Беливо, Скотти Боумэн, Фрэнк Селки, Кен Драйден, Лэрри Робинсон, Ги Лафлер, Жак Лемэр, Патрик Руа и множество других, не менее великих личностей, олицетворявших собой различные эпохи в более чем 70-летней летописи организации. Поэтому логично, что повествование о «Монреале» разбито на главы, названные в честь «Канадцев», оставивших наиболее заметный след в истории мирового хоккея.

Ярких фигур хватило бы на десяток команд, поэтому пришлось прибегнуть к нелегкому делу – отсеивать «чуть менее достойных» (разумеется, в масштабах истории «Канадиенс»). Стоит ли лишний раз упоминать, что каждый из них в свое время был введен в Зал хоккейной славы; всего же количество «канадцев», удостоившихся этой участи, перевалило за пятый десяток!

Жан-Батист «Джек» Лавиолетт 
Хоккейные клубы существовали в Монреале задолго до образования «Канадиенс» и имели статус от любительских до вполне профессиональных. В конце XIX века Кубок Стэнли практически не покидал крупнейший франкоязычный город Канады, став предметом внутренних «разборок» между «Монреаль ААА» («Montreal American Athletics Association»), «Монреаль Викториэс» и «Монреаль Шэмрокс», причем «Викториэс» в промежутке между 1895 и 1898 годами первенствовали 4 раза кряду. «Первая династия в истории НХЛ», можно было бы написать, если бы не 20 лет, предшествовавшие официальному рождению Лиги.

В конце 1909 года образовалась новая структура, попытавшаяся объединить сильнейшие клубы Канады, – Национальная хоккейная ассоциация (НХА), в которую на первых порах вошли «Рэнфру Кримэри Кингз», «Кобальт Сильвер Кингз», «Хэйлибэри Хокки Клаб» и два клуба из Монреаля – «Уондерерз», выигравшие два предыдущих чемпионата, и герой нашего повествования «Канадиенс». Появление на свет последних было приурочено как раз к старту первого сезона под эгидой НХА.

Основателем величайшего в истории НХЛ клуба стал уроженец Оттавы и большой любитель спорта Дж. Эмброуз О’Брайен, который, заручившись финансовой поддержкой крупного магната того времени Ти-Си Хэйра, уже владел тремя из четырех клубов НХА. 4 декабря 1909 года в комнате №129 отеля Виндзор О’Брайен представил финансовые гарантии состоятельности новой организации (1000 долларов за вступление в НХА и чек на 5000 долларов в обеспечение зарплат игроков команды). Таким образом, 4 декабря 1909 года был основан легендарный клуб «Монреаль Канадиенс» (в оригинале - Club de Hockey Canadien).

Президент свежеиспеченных «Канадиенс» О’Брайен назначил генеральным менеджером, наставником и капитаном в одном лице(!) Жана-Батиста «Джека» Лавиолетта, под предводительством которого 5 января 1910 года монреальцы вышли на первый свой официальный матч в рамках регулярного чемпионата. Исторический матч состоялся при внушительном стечении публики (3000 болельщиков) на нейтральной арене «Юбилей(Жюбиле) Ринк» (домашний стадион «Вестмаунт Арена» подготовить не успели), что не спасло соперника «Канадцев» «Кобальт» от поражения 6:7 в овертайме. Униформа победителей состояла из темно-синего свитера с узкими белыми полосками в плечах и на груди, посередине красовалась буква «С».

Тем временем НХА, стремясь ослабить конкурентов из КХА (Канадская хоккейная ассоциация), сделала заманчивые предложения двум ее членам – командам «Оттава Сенаторз» и «Монреаль Шэмрокс». Не найдя в себе силы отказаться от него, «Шэмрокс» и «Сенаторз» покинули КХА (вследствие чего эта лига, оставшись всего с тремя участниками, благополучно почила в бозе) и присоединились к пятерке уже начавших сезон команд. Календарь был срочно перекроен, и 15 января чемпионат возобновился. Рестарт получился для «Канадцев» гораздо менее успешным – разгром от «Рэнфру» 4:9.

Первые годы жизнедеятельности «Канадиенс» спортивными успехами отмечены не были, что было связано со средним составом, в котором выделялись лишь голкипер Жорж Везина да острые нападающие Жан-Батист Лавиолетт (также выступал на позиции защитника) и Эдуар «Ньюси» Лалонд. Зато околокомандных событий хватало: за первые пять лет сменились 3 президента (О’Брайен, Эктор Бизайон, У.-П. Буше), 2 генеральных менеджера (Лавиолетт, Джордж Кеннеди) и 5 наставников (Лавиолетт, Адольф Лекур, Наполеон Дарьял, Джеймс Хенри «Джимми» Гарднер, Лалонд). Новым владельцем клуба стал Джордж Кеннеди, 12 ноября 1910 года выкупивший «Канадиенс» у О’Брайена.

Смена владельца повлекла за собой изменение в названии и атрибутике. Отныне «Монреаль Канадиенс» стали официально называться «Club Athletique Canadien», а на свитерах игроков, приобретших красный цвет, появился зеленый кленовый лист, в центре которого расположилась нарисованная в готическом стиле буква «С». Интересно, что в ближайшее время внешний вид «Канадцев» претерпевал изменения еще дважды. В сезоне 1911-12 на фуфайки были добавлены синие, белые и красные полосы, а вместо буквы «С» оказалась аббревиатура «САС» (по первым буквам «Club Athletique Canadien»). Спустя 3 года дизайн свитера стал отдаленно похож на современную выездную форму, исчез зеленый кленовый лист. Главное отличие - вместо знаменитой на весь мир «СН» в центре красовалось «СА».

Эдуар «Ньюси» Лалонд
К 1915 году стараниями Кеннеди в «Монреале» подобрался очень крепкий и сплоченный вокруг своего безусловного лидера и по совместительству главного тренера Ньюси Лалонда коллектив. Эдуар Лалонд наряду с Джо Мэлоуном из «Квебек Бульдогз» являлся, пожалуй, наиболее ярким нападающим североамериканского хоккея первых двух десятилетий.

Уроженец Корнуолла (Онтарио), Лалонд получил прозвище «Ньюси» за то, что в юности подрабатывал на местном заводе, выпускающем газетную бумагу. Его хоккейный путь начался в 1905 году в команде Корнуолла, через 2 года он уже блистал за «Вудсток», где и привлек внимание скаутов к своей персоне. Проворнее других оказались Торонто Аринас» (предшественник «Торонто Мэйпл Лифс»), в составе которого молодое дарование уже в первый сезон забил 29 голов и едва не выиграл Кубок Стэнли – в финале «Аринас» уступили «Монреаль Уондерерз».

Отыграв в Торонто еще год, Лалонд в 1910 году ушел в новообразованный «Монреаль Канадиенс». В вышеупомянутом первом матче в истории «Канадиенс» Лалонд забил два гола, после чего покинул лед из-за травмы лодыжки. И вскоре О’Брайен, восхищенный мастерством форварда… обменял его. Дело в том, что О’Брайен, владевший помимо «Канадиенс» еще тремя командами НХА, отправил Ньюси в команду из города Рэнфру с целью подровнять силы в лиге.

В «Рэнфру» Лалонд забил остальные 38 из общих 40 голов за сезон, установил уникальный рекорд - 9 голов в одном матче (!), - а также завоевал титул лучшего бомбардира. О’Брайен поспешил вернуть Ньюси в «Монреаль», но через год его преемник, очевидно, также обуреваемый идеей социального равенства, отправил бомбардира оказывать «братскую» помощь «Миллионерам» из Ванкувера. Окончательно Лалонд осел в «Канадиенс» лишь начиная с сезона 1912-13, после чего он 10 лет без устали радовал болельщиков франкоязычной части «Монреаля» (англоязычная переживала за «Уондерерз») забитыми голами, которых за всю его карьеру набралось немало (441). Этот результат удастся превзойти лишь в 1954 году великому Морису Ришару, спустя 4 года после того, как Ньюси был введен в Зал Хоккейной Славы.

Но вернемся в 1915 год. Сезон 1915-16 Лалонд провел на выдающемся уровне – 28 голов в 24 матчах регулярного чемпионата, а еще 3 шайбы провел в ворота «Портленд Роузбадс» (те самые «Бутончики Розы», которые через десятилетие переедут в Чикаго и превратятся в «Черных Ястребов») в финальной серии Кубка Стэнли. Выиграв серию 3-2, «Канадиенс» завоевали свою первую Серебряную Чашу. Ньюси мог бы забить больше 3 голов, но в финале он играл с гриппом, пропустив 2 поединка из 5, в том числе и решающий. Оставшись на скамейке запасных, Лалонд, совмещавший посты капитана и наставника, мог лишь руководить своими партнерами. И товарищи не подвели, 30 марта 1916 года одолев «Портленд» 2:1. Победный гол на счету защитника Голди Проджерса, который умудрился навсегда войти в историю клуба, проведя за него всего один сезон. За первое чемпионство все игроки получили премию в нелепую по нынешним временам сумму в 238 долларов.

И в следующем сезоне «Канадцы», ведомые неутомимым Ньюси (28 шайб в 18 матчах «регулярки»), дошли до финальной стадии, где их соперником стал «Сиэтл Метрополитенз». Серия не удалась ни «Монреалю», ни его лидеру – Лалонд забил всего 2 гола, зато нахватал кучу удалений, в том числе за неспортивное поведение, когда во втором поединке он ударил судью Джока Ирвина (минус 25 долларов штрафа из семейного бюджета). «Сиэтл» выиграл 3-1, войдя в историю заокеанского хоккея как первый американский клуб – обладатель Кубка Стэнли, а также как последний клуб, завоевавший этот приз в до НХЛ-овскую эпоху.

Джо «Фантом» Мэлоун
Конкурентная борьба различных хоккейных лиг привела к тому, что 26 ноября была создана очередная организация – Национальная хоккейная лига, объявленная правопреемницей НХА. Президентом НХЛ стал Фрэнк Колдер, а места в Лиге получили те, кто и составлял костяк НХА – «Монреаль Канадиенс», «Монреаль Уондерерз», «Оттава Сенаторз» и «Торонто Аринас». Создание НХЛ побудило владельца «Монреаля» Кеннеди в очередной раз видоизменить название клуба и вернуться к прежнему «Club de Hockey Canadien», а также форму – в центре свитера внутри буквы «С» появилась литера «Н».

Первые две игры в НХЛ были сыграны 19 декабря 1917 года. В своем дебютном матче «Канадиенс» убедительно переиграли «Оттаву» 7:4, причем 5 голов (в том числе и первый в НХЛ-овской истории «Канадиенс») были записаны на счет великолепного Джо Мэлоуна – давнего конкурента Лалонда в споре лучших бомбардиров, перед началом этого сезона перешедшего из «Квебека» в «Монреаль». Первая выездная победа была добыта двумя днями позднее, когда в монреальском дерби от «Уондерерз» не осталось и мокрого места – 11:2! Первое домашнее поражение случилось лишь 23 января 1918 года (реванш взяли «Сенаторы»), а первый «шатаут» в исполнении голкипера Жоржа Везины датирован 18 февраля, когда «Торонто» пропустило 9 безответных шайб.

К сожалению, впечатляющие спортивные достижения соседствовали с печальными событиями. «Вестмаунт Арена», домашний стадион «Канадцев» с их первых дней существования, построенная в 1898-м за астрономические тогда 32 тысячи долларов и вмещавшая 8500 зрителей, в результате несчастного случая сгорела дотла 2 января 1918 года. Новогодний «подарок» вынудил команду проводить домашние встречи на льду «Юбилей Ринка» вместимостью чуть более 3000 мест.

Трагедия не могла не сказаться на выступлении «Монреаля». В финал Кубка Стэнли «Канадцы» не попали, уступив дорогу «Торонто», которое, одолев «Ванкувер», стало первым чемпионом эры НХЛ. Впрочем, в плане личных достижений у «Канадцев» был полный порядок. Ньюси Лалонд забил дежурные 23 гола, а Мэлоун умудрился в 22 матчах огорчить вратарей соперников аж 44 раза! Этот феноменальный рекорд был превзойден лишь в 1945 году – конечно, Морисом Ришаром.

Мэлоун недолго защищал цвета «Канадиенс» (4 сезона с перерывами), но успел оставить заметный след в их истории. Прозванный за свою сумасшедшую скорость «Фантомом», Мэлоун выделялся на площадке не столько уникальной манерой катания (практически полностью вертикальная стойка, напоминающая манеру бега выдающегося спринтера современности Майкла Джонсона), сколько «звериным» голевым инстинктом и способностью просачиваться сквозь самые насыщенные защитные построения. Уроженец Силлери, пригорода Квебека, Джо лучшие свои годы провел в форме родных квебекских «Бульдогов», с которыми в сезонах 1911-12 и 1912-13 завоевывал Кубок Стэнли.

Возможно, Мэлоун всю карьеру бы провел в «Квебеке», если бы не решение руководства клуба повременить со вступлением в НХЛ («Бульдоги» были приняты в Лигу лишь год спустя). Мэлоун, находившийся в расцвете сил, терять год справедливо не захотел и, переехав в «Монреаль», добился наивысшего достижения в своей спортивной жизни, забивая в среднем за матч ровно 2 гола. А спустя 2 года, вернувшись в «Квебек», Джо и вовсе установил рекорд, который в дальнейшем не смогли побить ни Уэйн Гретцки, ни Марио Лемье, ни Ришар, ни Майк Босси, ни семейный подряд Халлов - никто. В последнем матче регулярного чемпионата 1919-20 (к слову, это его был последний матч за «Квебек») Мэлоун забросил 7(!) шайб. Всего же за карьеру «Фантом» более чем осязаемые 343 гола в 273 встречах – уникальный результат!

А в 1919 году Лалонд и Мэлоун вывели «Монреаль» в финал Кубка Стэнли – впервые после образования НХЛ. Противником опять был «Сиэтл». «Канадцы» вели в счете 3-2, когда обе команды сразила жесточайшая эпидемия гриппа, унесшая жизнь игрока «Канадиенс» Джо Халла. Финал не был доигран, и Серебряная Чаша в первый и пока единственный раз в истории НХЛ не нашла своего обладателя.

Неудачи продолжали преследовать «Монреаль» и летом 1919 года. Вновь пожар, и вновь огненная стихия разрушает домашнюю арену – «Юбилей Ринк». Городские власти совместно с «Канадиенс» в кратчайшие сроки возводят новый стадион – «Мон Руаяль Арену», на строительство которого лишь всего 6 месяцев и целых 300 тысяч долларов. Открытие сооружения, способного вместить 10 тысяч зрителей, состоялось 10 января 1920 года. Хоккеисты «Канадиенс» отпраздновали это знаменательное событие на славу, вдоволь порезвившись с соперником из Торонто – 14:7, причем 6 голов лично отгрузил Ньюси Лалонд. А вскоре, 3 марта, «Канадцы» расправились с приезжими «Бульдогами» как со слепыми котятами – 16:3! И по сей день 16 забитых голов в ворота одной команды – наивысшее достижение в истории НХЛ.

Ховард «Хоуи» Моренц
Начало 20-х годов в НХЛ прошло под знаком тотального превосходства «Оттавы», которая стала первой династией в истории Лиги. На фоне гегемонии столичного клуба в «Монреале» происходили немаловажные события. 3 ноября 1921 года «Канадцы» вновь поменяли владельца – после смерти мужа миссис Кеннеди продала акции «Club de Hockey Canadien» на общую сумму в 11500 долларов трем местным бизнесменам Лео Дандюрану, Джозефу Каттариничу и Луи А. Летурно. Смена хозяев привела к традиционному изменению дизайна игровых свитеров. Впрочем, незначительному – лишь тонкие синие и белые полоски расположились ближе к центру, да поменялись местами (синяя полоса под белой).

Гораздо более существенные изменения произошли в сезоне 1921-22. Назначенный на роль генерального менеджера Дандюран с первых дней не ужился с капитаном и лидером «Канадиенс» Лалондом. Вследствие конфликта Дандюран сместил Ньюси, в сезоне 1920-21 ставшего наиболее результативным игроком «регулярки», с поста наставника, а затем и вовсе обмерял его в «Саскатун» на Ореля Жолиа. Новым капитаном «Монреаля» назначен защитник экс-«сенатор» Спрэг Клэгхорн. Жолиа отдаст «Канадиенс» 16 лет жизни в качестве игрока, наберет 440 очков (270+190) в 654 встречах, а первые два гола забьет в декабре 1922-го в ворота «Торонто». Правда, партнеры его атакующий порыв не поддержат, и «Монреаль» уступит 2:7.

Гораздо более знаковым оказалось появление в рядах клуба юного форварда Ховарда «Хоуи» Моренца, забившего в день дебюта (26 декабря 1923 года) свой первый гол в НХЛ. Специалисты давно заприметили этого очень скоростного паренька, который благодаря высочайшей технике не знал себе равных в юниорских лигах. Интересно, что его бомбардирский талант мог оказаться невостребованным в НХЛ – начинал свою профессиональную карьеру Моренц в воротах. Однако весьма посредственные успехи в «рамке» плюс явные атакующие задатки вынудили тренера «Митчелл Ювенилс» (первая команда Хоуи) перевести его в поле.

«Торонто», «Виктория» и «Саскатун» зазывали Моренца к себе, но на семейном совете было принято решение подписать контракт с «Монреалем». Выбор оказался правильным на 200 процентов! Дандюран поставил Хоуи в звено к его ровесникам Жолиа и Билли Буше, и уже в дебютном сезоне Моренц забил 16 голов в 26 матчах. Но еще более впечатляющим образом он выступил в плей-офф 1924 года. Последовательно пройдя «Оттаву» и «Ванкувер», «Канадцы» в финале Кубка Стэнли встретились с лучшей командой Западной канадской хоккейной лиги «Калгари Тайгерз» и не оставили «Тиграм» ни малейшего шанса – 2 победы в 2 матчах. Вклад Моренца во второе чемпионство «Канадиенс» оказался более чем весом – 4 гола в финале, в том числе и «золотой» во втором поединке.

Лалонд доигрывал в «Саскатуне», Мэлоун после этого сезона завершил карьеру. Эстафету у них перенял Моренц, который на протяжении 11 сезонов кряду оставался кумиром фанов «Монреаля». Пожалуй, Моренц стал первым из плеяды игроков, которых нынче принято называть суперзвездами. В его арсенал входили не только чисто хоккейные навыки, позволившие ему забросить за «Канадиенс» около 250 шайб в регулярных чемпионатах, но и умение оказывать магическое влияние на партнеров и разлагающе действовать на соперников. Он свободно держался с журналистами и не отказывал в общении простым болельщикам. Его боготворили. В сезонах 1927-28 и 1930-31 Моренц становился самым результативным игроком «регулярки» (по 51 очку соответственно в 43 и 39 матчах) и получил три «Харт Трофи» (1928, 1931 и 1932) как самый ценный хоккеист первенства. Интересно, что «Харт» был подарен Лиге доктором Дэвидом Хартом, отцом Сесила Харта, в 1926 году заступившего на пост наставника «Канадиенс».

Символично, что именно в его эпоху родилась легенда, давшая второе название «Канадцам». В 1924 году владелец знаменитого «Мэдисон Сквер Гардена» Текс Рикард в интервью ошибочно предположил, что буква «Н» в логотипе «Монреаля» произошло от «Лез абитан» («Les Habitants», на самом деле, «Н» - первая буква от второго слова в названии клуба «Club de Hockey Canadien»). «Абитанами» именуют фермеров провинции Квебек, и, по логике Рикарда, франкоговорящие игроки «Монреля», коих было большинство, родились и выросли на фермах. Сейчас сложно сказать почему, но эта неверная трактовка (в сокращенном виде «Habs») укоренилась в среде болельщиков «Канадиенс», в пику англоязычным «Монреаль Марунз» называвших себя «Хабами», тем самым подчеркивая французскую принадлежность команды.

В 1924 году имело место и другое историческое событие. Летом сенатор Донат Рэймон и президент крупной компании «Канадиан Пасифик» сэр Эдвард Битти предложили монреальским бизнесменам план строительства новой ледовой арены в западной части города. Те нашли проект выгодным, и спустя 159 дней после закладки первого камня сверхсовременное спортивное сооружение приблизительной стоимостью в 1,2 миллиона долларов, рассчитанное на 10 тысяч зрителей хоккейного матча, было возведено. Арену назвали коротко и внушительно – «Форум». Первоначально планировалось, что «Форум» станет домашней площадкой для «Марунз», но уже 2 года спустя в него на долгие-долгие годы переехали «Канадиенс». Да и в первом поединке в истории «Форума» приняли участие вовсе не «Марунз». 29 ноября 1924 года ввиду плохого качества льда на «Мон Руаяль Арене» «Канадцы» провели свой домашний поединок с «Торонто Сент-Пэтс» под сводами «Форума». Новая арена пришлась по вкусу «Хабам», которые переиграли «Торонто» более чем убедительно (7:1). Официально же «Форум» принял «Канадцев» в качестве хозяев 18 ноября 1926 года (поражение от «Оттавы» 1:2).

«Литтл» Джордж Хэйнсуорт
В сезоне 1924-25 «Канадцы» вновь вышли в финал Кубка Стэнли, но на сей раз Моренц привести партнеров к чемпионству не сумел – поражение от «Виктории Кугарз» 1-3. А вскоре гораздо более фатальное поражение от судьбы потерпел бессменный голкипер «Монреаля» Жорж Везина. 28 ноября 1925 года он покинул лед в первом периоде из-за сильной лихорадки. Везину свалил туберкулез, и спустя 4 месяца его не стало. В память о безвременно ушедшем хоккеисте хозяева «Канадиенс» Летурно, Дандюран и Каттаринич подарили Лиге «Везина Мемориал Трофи» – приз, вручаемый лучшему голкиперу сезона. Первоначально лауреат определялся по статистике (голам, пропущенным в среднем за игру), но с сезона 1982-83 «Везину» вручают по результатам голосования генеральных менеджеров клубов НХЛ. По иронии судьбы, первым обладателем трофея стал голкипер «Канадиенс». Звали его Джордж Хэйнсуорт.

Болезнь и смерть Везины заставила боссов заняться усиленными поисками достойного преемника. В этом неоценимую помощь им оказал забывший старые обиды Ньюси Лалонд, отрекомендовавший Дандюрану уроженца Торонто Джорджа Хэйнсуорта. К 23 августу 1926 года, моменту подписания с «Канадиенс» контракта, Хэйнсуорт уже 6 сезонов отыграл в лиге Онтарио за «Китченер Гриншертс» и 3 сезона за «Саскатун Крестнс» (Западная хоккейная лига).

Джордж, прозванный за небольшие габариты (167 см) «Литтлом» (маленький), считался хорошим вратарем, но не более того. Однако, дебютировав в НХЛ в зрелом возрасте 29 лет, Хэйнсуорт с первых же матчей покорил монреальскую публику и специалистов чрезвычайно надежной игрой на «ленточке», великолепной реакцией, какой-то особенной расслабленной манерой перемещения между стойками и потрясающей выносливостью. Статистические показатели его первых трех сезонов поражают воображение – 1,47 пропущенной шайбы и 14 «шатаутов» в 44 матчах (1926-27), 1,05 и 13 «шатаутов» в 44 матчах (1927-2Cool, 0,92 и 22 «шатаута» в 44 матчах (1928-29)! Нисколько не умаляет заслуги Хэйнсуорта господствовавший в те годы сугубо оборонительный хоккей, чему убедительным доказательством являются три «Везины» подряд (1927-29). А к его 22 «шатаутам» в регулярном чемпионате (представьте, если бы тогда дистанция «регулярки» составляла не 44, а 82 матча!) до сих пор и близко никто не подобрался – второе место с 15 «шатаутами» делят трое голкиперов, в числе которых Тони Эспозито из «Чикаго» образца 1970 года.

Впрочем, «шатауты» «шатаутами», а командные успехи в эти годы оставляли желать лучшего – до финала Кубка Стэнли «Канадцам» доходить не удавалось. Позитивные сдвиги совпали с изменениями в правилах, призванными сделать хоккей более атакующим. Хэйнсуорту и его последователям пришлось забыть о россыпи матчей на ноль (так, в сезоне 1929-30 Джордж записал на свой счет всего 4 «шатаута» при 2,42 пропущенных шайбы за матч). Весной 1930 года «Монреаль» под руководством Сесила Харта после 5-летнего перерыва вновь пробился в финал плей-офф, где его противником стал «Бостон». «Мишки» сопротивлялись отчаянно, но в серии до двух побед не смогли довести дело даже до поединка №3. Во второй встрече «Канадцы» одолели «Брюинз» со счетом 4:3 (победный гол, конечно же, в активе Моренца) и завоевали третий Кубок Стэнли в своей истории и первый – на льду «Форума».

Сезон 1930-31 приумножил положительные эмоции болельщиков «Хабс». Их кумир Моренц взял второй в карьере «Харт Трофи» и вновь привел команду к чемпионскому титулу. Правда, 4-й Кубок Стэнли дался «Канадцам» в гораздо более напряженной борьбе. В серии до трех побед «Ястребы» из Чикаго «долетели» до решающего поединка, в котором и сложили крылья – 2:0 в пользу хозяев площадки, а привилегию забивать победный гол у Моренца перенял Джонни Ганьон, чему Хоуи, игравший серию с серьезно травмированным плечом, вряд ли огорчился.

Ничего не предвещало 13-летней кубковой засухи – именно столько «Канадцы» после успеха 1931 года не могли не то что выиграть, но даже попасть в финал плей-офф. Моренц и Жолиа по-прежнему были результативны и чрезвычайно полезны (в 1932-м «Харт Трофи» в 3-й раз достался Моренцу, а два года спустя впервые самым ценным игроком регулярного чемпионата признали Жолиа), Хэйнсуорт не давал повода усомниться в своей надежности. Очевидно, причину неудач следует искать в нестабильности на тренерском мостике – после ухода в 1932-м Харта за 8 лет сменилось 7 наставников (среди них Лалонд, Дандюран, экс-капитан Сильвио Манта и вернувшийся на два с небольшим года Харт), - да в ряде событий, имевших место в 30-е годы. В результате наиболее запоминающимся кубковым эпизодом дюжины лет стал поединок с «Детройтом» в плей-офф-36, когда для выявления победителя потребовалось отыграть 176 минут и 36 секунд – «краснокрылый» Мад Брунто разбудил зрителей почти в половине третьего ночи. До сих пор тот поединок является самым продолжительным в истории НХЛ.

Шесть «Везин» за семь лет
В 1933 году Хэйнсуорт был обменян в «Торонто» на коллегу по амплуа Лорна Шабо, не оставившего сколько-нибудь значительного следа в истории «Канадиенс». А Хэйнсуорт провел еще 4 неплохих сезона в «Торонто», затем, став свободным агентом («Кленовые Листья» сделали ставку на молодого и талантливого Терка Броду), вернулся в «Монреаль». Сезон 1936-37 завершил славную карьеру Маленького Джорджа, одно достижение которого – 94 «шатаута» в НХЛ - смогли перекрыть лишь двое – Терри Савчук и Патрик Руа, а другое – 1,91 пропущенных в среднем за матч шайбы в течение всей карьеры – сумел повторить только его современник Алекс Коннелл.

17 сентября 1935 года произошла очередная смена владельцев. Луи Дандюран и Джозеф Каттаринич продали «Канадиенс» (Луи Леттурно к тому моменту успел отойти в мир иной) «Канадиан Арена Компани», принадлежавшей уже упоминавшемуся сенатору Донату Рэймону, который, к слову, являлся и собственником «Марунз». Сенатор назначил президентом «Хабс» Эрнеста Савара. Один год Савар совмещал посты президента и генерального менеджера, после чего уступил последнюю должность Сесилу Харту, одним из первых шагов которого стало приобретение у «Марунз» левого крайнего форварда Гектора «Тоу» Блэйка (частью компенсации за него стал Лорн Шабо). Того самого Блэйка, который в качестве наставника «Канадиенс» выиграет восемь Кубков Стэнли, в том числе 5 подряд. Впрочем, прежде чем стать великим тренером, Тоу оставил след в истории НХЛ как один из лучших левых крайних своего времени.

Начало карьеры в Лиге Блэйка-игрока совпало с крайне печальной страницей в летописи «Хабс». Постаревший и подрастерявший фирменную скорость Моренц, в 1934 году обменянный в «Чикаго», по настоянию только назначенного генеральным менеджером Сесила Харта транзитом через «Рейнджерс» вновь оказался в родном клубе. Воссоединившись с давним партнером Жолиа и Ганьоном, Хоуи набрал 20 очков в 30 встречах регулярного чемпионата 1936-37. А 28 января 1937 года в поединке с «Чикаго» на льду «Форума» Моренц получил тяжелейший перелом ноги, который поставил крест не только на его карьере, но и на всей жизни.

8 марта 1937 года мир облетела шокирующая весть: из-за осложнений, связанных с переломом, Моренц скончался в госпитале Монреаля. Канада была в трауре. Три дня спустя 15 тысяч человек пришли в «Форум», чтобы проводить в последний путь величайшего спортсмена той эпохи. А 2 ноября состоялся матч «Всех Звезд», посвященный памяти Моренца, в котором объединенная команда «Канадиенс» и «Марунз» противостояла «остальному миру». В присутствии 8683 зрителей Монреальцы уступили 5:6. Ровно год спустя «Марунз» прекратили свое существование, и в Монреале осталась только одна команда НХЛ. В 1945 году Моренц одним из первых был введен в только что учрежденный Зал хоккейной славы.

Перенести тяжелую утрату с минимальными потерями «Канадцам» позволил быстрый прогресс забивного левого крайнего Тоу Блэйка. Потратив полтора сезона на адаптацию, Блэйк окончательно утвердился в роли нового лидера «Хабс» в сезоне 1938-39, когда он стал самым результативным игроком «регулярки» (47 очков (23+24) в 48 матчах) и заслужил Харт Трофи». За умение оставлять в дураках защиту и голкипера оппонентов Блэйк получил прозвище «Старый Фонарщик» - очевидно, по причине частого загорания по его вине красного света за воротами команд-соперниц. Свою кличку Блэйк оправдывал на протяжении всей карьеры, выдав серию из 6 чемпионатов подряд, в которых его снайперский показатель не опускался ниже планки в 20 шайб. Другой его характерной чертой было прирожденное джентльменство. За приверженность идеалам того, что нынче называют «фэйр-плей», Блэйк в 1946 году стал первым «канадцем», награжденным «Леди Бинг Трофи».

Дик Ирвин
Однако в одиночку вернуть «Канадцев» Тоу, при всей его одаренности и лидерских качествах, не мог. Ему нужны были помощники. И он получил их в лице суперфорвардов Элмера Лэча и Мориса Ришара, пришедших в Лигу в начале 40-х. Это звено, прозванное за неудержимость «Punch Line» («ударная линия»), было создано человеком, которому владелец и президент «Канадиенс» Донат Рэймон доверил тренерский пост в 1940 году.

Дебют Дика Ирвина состоялся 3 ноября в матче с «Бостоном» (1:1). Прежде чем стать тренером, Ирвин провел немало успешных сезонов в НХЛ, зарекомендовав себя одним из сильнейших центрфорвардов 20-х. Он обладал хорошей техникой и неплохим броском, но отличительной его особенностью являлся игровой интеллект. Дик прекрасно разбирался в тактических нюансах хоккея, и потому вскоре после завершения карьеры игрока он заступил на тренерский мостик «Чикаго» - клуба, в котором носил капитанскую повязку. Спустя 3 года, в 1932-м молодой наставник принял настойчивые ухаживания владельца «Торонто» Конна Смайта и уже через несколько месяцев праздновал победу в Кубке Стэнли, первую в своей карьере и в истории «Мэйпл Лифс». Затем были еще 6 выходов в финалы плей-офф (все неудачно), после чего Ирвин решил прервать полосу невезения переходом в «Монреаль».

Без Ирвина немыслим феерический взлет «Канадцев», совершенный в 40-е и 50-е годы – 8 выходов в финалы Кубка Стэнли, 3 из которых оказались успешными. Еще большей заслугой Ирвина можно считать воспитание великолепной плеяды выдающихся хоккеистов, составляющих славу и гордость «Канадиенс» – Морис Ришар, Элмер Лэч, Жан Беливо, Бернар Жоффрион, Билл Дарнэн, Жак Плант, Даг Харви, Дикки Мур… И, что немаловажно, при Ирвине сохранилась преемственность поколений, позволившая «Хабам» надолго закрепить за собой звание сильнейшего клуба НХЛ.

Элмер Лэч 
Лэч стал идеальной находкой Ирвина. Для результативных крайних форвардов Блэйка и Ришара необходим был именно такой центрфорвард – совершенно неэгоистичный распасовщик, с охотой отрабатывающий в защите и благодаря отличному катанию преуспевающий в этом. Лэч был неутомимым, бесстрашным бойцом, не чуравшимся «таскать рояль», но при этом результативный и крайне полезный. В свой дебютный сезон (1940-41) он набрал 21 очко в 43 матчах. И хотя приз лучшему новичка сезона «Колдер Трофи» завоевал одноклубник Джонни Куилти, именно Лэчу суждено было стать ведущим игроком «Монреаля», одним из лучших центрфорвардов своего времени (Куилти затем быстро «сдулся»). Ассистентский талант Лэча позволил Ришару впервые в истории НХЛ забить 50 голов за регулярный чемпионат (1943-44).

Достижения Лэча – три Кубка Стэнли, два титула самого результативного игрока «регулярки» (в том числе первый «Арт Росс Трофи» в истории НХЛ в 1948 году), «Харт Трофи» (1945). Они были бы еще солиднее, если бы не травмы, преследовавшие центрфорварда на протяжении всей его карьеры – лишь 5 сезонов ему удалось провести, не получив серьезных повреждений. На второй год пребывания в Лиге Лэч в стартовом матче чемпионата с «Детройтом» получил очень болезненную травму локтя, вынудившую провести остаток сезона в лазарете. В феврале 1947 года защитник «Торонто» так жестко приложил Лэча, что умудрился сломать тому лицевую кость. Многие подумали, что этот инцидент завершит карьеру «канадца», однако Элмер не только вернулся, но и на высочайшем уровне отыграл сезон 1947-48. В последней встрече регулярного чемпионата 1948-49 (опять против «Детройта») локоть соперника сломал ему челюсть. «Монреалю» предстояла полуфинальная серия с «Ред Уингз», и Лэч, который даже не мог открыть рот без гримасы боли, несмотря на уговоры клубных докторов, решил выйти на лед в специальной защитной маске, применение которой недавно разрешил президент НХЛ Кларенс Кэмпбелл. Разумеется, Лэч быстро осознал бесполезность затеи, но его стремление помочь команде в решающие недели сезона не могут не восхищать.

«На самый жесткий силовой прием в своей жизни я нарвался после того, как забил победный гол в овертайме решающего матча финальной сери Кубка Стэнли (1952-53). Это обезумевший от радости Ришар как тигр прыгнул на меня», - с улыбкой поведал Лэч, никогда не жаловавшийся на судьбу и тем самым заслуживший колоссальное уважение со стороны болельщиков. Через год после «хита» Ракеты Элмер повесил коньки на гвоздь, уйдя на пенсию лидером НХЛ по числу передач в регулярных чемпионатах - 408. Самому Горди Хоу удалось потеснить Лэча с первой строчки лучших ассистентов только 6 лет спустя.

 

Билл Дарнэн
Практически невозможно добиться серьезных успехов, если в команде нет классного голкипера. Эту аксиому «Монреаль» подтверждал более десятка лет, не попадая в финал плей-офф, – достойного наследника Хэйнсуорту не могли найти долго. И вряд ли кто-нибудь мог представить, что этим человеком станет вратарь, дебютировавший в НХЛ в неполные 29 лет! Но еще сложнее было предположить, что, дебютировав в неполные 29 лет, этот вратарь завоюет шесть «Везина Трофи» за 7 проведенных в Лиге лет. Тем не менее придется поверить - так все и произошло.

Прежде чем добиться мирового признания, Билл Дарнэн более десятка лет играл в различных низших лигах, совмещая хоккей с популярным в Канаде софтболом и периодически подрабатывая то тут, то там. С фактическим статусом любителя, зарабатывавшего не более 15 долларов в неделю и последние 3 года защищавшего цвета « Ле Руаяль де Монреаль »(или по-англ. «Монреаль Ройалс»), Дарнэн расстался благодаря генеральному менеджеру «Канадиенс» Томми Горману, которому посоветовали обратить внимание на возрастного хоккеиста.

Славящийся своей прижимистостью Горман легко согласился заключить контракт с не требовавшим многого голкипером, который неплохо проявил себя в тренировочном лагере накануне сезона 1943-44. Более того, сам Дарнэн не горел желанием подписывать соглашение с «Хабс», мотивируя это нежеланием подвергаться воздействию вечному спутнику НХЛ – стрессу. Билл не возражал закончить свою спортивную карьеру в низших лигах, но, к счастью для «Канадиенс», все же рискнул испытать свои силы в НХЛ. Дарнэн колебался вплоть до самого начала первого матча регулярного чемпионата – подпись на контракте была поставлена лишь за 10 минут до стартового вбрасывания! Не успели высохнуть чернила, как Билл сделал первый «сэйв». Тот поединок с «Бостоном» завершился ничьей 2:2, а голкиперу-новичку до 29-го дня рождения оставалось несколько месяцев.

Сезон 1943-44 – первый, в котором Ирвин создал одну из величайших троек в истории НХЛ «Панч лайн». Блэйк, Лэч и Ришар бесчинствовали у ворот соперников, но в то же время имели место немало матчей, в которых благоприятный исход обеспечивал за считанные недели преобразившийся из «гадкого утенка» в «прекрасного лебедя» Дарнэн. В том регулярном чемпионате Билл лидировал по числу проведенных матчей (50), победам (3Cool и пропущенным в среднем за встречу шайбам (2,16). Блестяще! Но еще сильнее он выступил в плей-офф: 8 побед при 1 поражении и 1,53 пропущенной шайбы в немалой степени поспособствовали возвращению чемпионского титула в Монреаль спустя долгих 13 лет. Впервые в истории Лиги «Везину» выиграл новичок; вдобавок Дарнэн попал в первую шестерку по итогам сезона. Но это все цветочки, поскольку ягодки были впереди. В следующие 4 года Билл неизменно повторял личные достижения сезона 1943-44, и лишь в 1948 году его монополия на «Везины» оказалась прервана голкипером «Торонто» Терком Бродой.

Дарнэн и бровью не повел – в следующем сезоне он вновь беспрекословно лучший. Итого 6 трофеев за 7 лет! Уникальное достижение, которое удастся повторить лишь одному человеку – преемнику Дарнэна на посту голкипера «Хабс» Жаку Планту. Семь лет постоянного напряжения, пусть и увенчанные россыпью наград, истощили жизнерадостного и доброжелательного Дарнэна, который решил уйти из хоккея на высокой ноте. Едва завоевав шестую «Везину», в возрасте 35 лет Билл объявил о завершении карьеры игрока НХЛ.

Морис «Ракета» Ришар
Безусловно, главной звездой «Хабс» в 40-е и 50-е годы был неподражаемый Морис Ришар. Восемнадцать сезонов и 1111 матчей он отыграл за «Канадиенс», в которых набрал 1091 очко и забил 626 голов (544 в «регулярке» и 82 в плей-офф), 8 побед в Кубке Стэнли, 14 попаданий в символические сборные «Всех Звезд», «Харт Трофи» 1947 года, 7 хет-триков в полуфиналах и финалах Кубка Стэнли, первый в истории НХЛ «полтинник» в регулярном чемпионате… Но даже столь впечатляющая статистика не в силах передать величие Ришара.

Коренной монреалец, Морис впервые встал на коньки в возрасте четырех лет. Пройдя все ступени детского и юношеского хоккея, Ришар в 1940 году попал в основу дружественного «Канадиенс» клуба
« Ле Руаяль де Монреаль ». Однако его шансы попасть в НХЛ специалистами рассматривались с долей скепсиса из-за проблем с лодыжками и имевшим место переломом запястья. Настоял на подписании контракта с Ришаром наставник «Хабс» Дик Ирвин, и 31 октября юный правый крайний нападающий осуществил свою давнюю мечту, выйдя в форме «Канадиенс» на официальный матч. Первый гол не заставил долго себя ждать: 8 ноября в домашнем поединке с «Рейнджерс» свою лепту в разгром гостей (10:2) внес и Ришар. Впрочем, в том сезоне ему довелось провести лишь 16 матчей и забросить всего 5 шайб. Вновь дала о себе знать повышенная травматичность форварда – 27 декабря 1942 года он сломал лодыжку и остаток сезона потратил на восстановление.

Скептики были правы? Как бы не так! Ирвин продолжал верить в счастливую звезду Ришара, и не случайно свой 500-й гол в регулярных чемпионатах Морис посвятил именно ему. В сезоне 1943-44 травмы обходили форварда стороной, чем тот воспользовался сполна – 32 гола в 46 матчах «регулярки». К плей-офф «Канадцы» подошли фаворитами и блистательно подтвердили статус. Дружина Ирвина, ведомая грозной «Панч Лайн», уступив лишь в одном поединке, вышла в финал, где с аппетитом обглодала «Черных Ястребов» – 4-0! Полуфинальную серию того плей-офф поклонники «Торонто» до сих пор вспоминают с содроганием. Сперва Ришар забил 5 голов (все с передач Тоу Блэйка), а затем «Канадцы» разметали «Кленовые Листья» с крайне неприличным счетом 11:0(!), который и до сих пор остается наиболее крупным сухим поражением в плей-офф. В одном из матчей финала Ришар сотворил хет-трик; всего же на его счету 12 голов в 9 встречах. Но лучшим игроком той кубковой весны все же следует признать Блэйка – 18 очков (7+11) и победный гол на 10-й минуте овертайма четвертого поединка финальной серии с «Чикаго». Его результативность в плей-офф – ровно 2 очка за игру – оставалась непревзойденной вплоть до голевой феерии в исполнении «Эдмонтон Ойлерз» и их лидера Уэйна Гретцки 40 лет спустя.

Повторить успех на следующий год «Канадцам» не удалось, но назвать посредственным сезон 1944-45 язык не повернется по причине великолепных личных достижений их лидеров. Посудите сами. Дарнэн берет вторую «Везину» подряд. «Панч лайн» устанавливает безжалостный террор, собрав суммарный урожай в 220 очков, – вплоть до конца 60-х ни одна тройка не сумеет перекрыть это достижение. Блэйк набирает рекордные в карьере 67 очков и забивает рекордные же 29 голов. Лэч выигрывает бомбардирскую гонку с 80 баллами за результативность (рекорд всей карьеры) в 50 матчах, становится лучшим ассистентом (54 передачи, также рекорд) и выигрывает «Харт Трофи». Ну а Ришар впервые в истории НХЛ достигает отметки в 50 шайб за регулярный чемпионат, причем для этого ему понадобилось ровно 50 встреч! Лишь в сезоне 1980-81 Майку Босси удалось выдержать этот выдающийся график. А 28 декабря 1945 года Ракета в матче с «Детройтом» забил 5 голов и отдал 3 передачи, и его 8 очков за поединок были максимумом вплоть до 10 баллов Дэррила Ситтлера.

Ришар бы прирожденным снайпером. Получивший прозвище «Ракета», «летучий француз» словно парил над площадкой. Сочетание высокой скорости, отменного катания и блестящей техники позволяло ему обводить соперников пачками и забивать издевательские голы. Потрясающее голевое чутье и умение в мгновение ока избавиться от опеки облегчало жизнь его партнеров по тройке. Но больше всего болельщики его любили за фанатичную преданность хоккею, без которого он не мог представить себе жизнь.

При этом в отличие от своего «наследника» «Русской Ракеты» Павла Буре Ришар не был отнюдь чистым снайпером, а являлся до мозга костей командным игроком, готовым отдать всего себя ради победы «Монреаля». В его карьере немало эпизодов, подтверждающих вышесказанное, и об одном из них нельзя не упомянуть. Плей-офф 1952 года, решающий седьмой поединок полуфинальной серии с «Бостоном». Во втором периоде Ришар пропускает мощный удар локтем в голову от «медведя» Лео Лабине и без сознания падает на лед. Санитары, носилки - все как положено. Врач наложил шесть швов и был шокирован, увидев, что его пациент, едва придя в себя, пошатываясь, направился в сторону скамейки запасных. Партнеры с изумлением посмотрели на залитую кровью голову Мориса, но проинформировали форварда, что идет третий период, и счет ничейный 1:1. Немного посидев и еще толком не соображая, что происходит («Я плохо понимал, где находятся наши ворота, а где ворота «Брюинз», - скажет позднее Ришар), Ракета выполз на лед. Вскоре он подхватил шайбу, обвел четверых противников(!) и легко обманул голкипера. К счастью, это был страж ворот «Бостона» Джим «Шугар» Хенри. Тот гол оказался победным и позволил «Канадцам» выйти в финал (где, к слову, их ожидал ледяной душ от «Детройта» 4-0), а мрачный генеральный менеджер «Брюинз» Линн Патрик сообщил, что «чтобы остановить Ришара, нужен, по крайней мере, танк». «Из раза в раз мы становимся свидетелями одной и той же картины. Два защитника держат Ришара за свитер, а третий в это время пытается отнять у него шайбу», - не без доли сарказма писала «Montreal Gazette».

Но Ракета умел за себя постоять. Однажды к поединку с «Монреалем» «Рейнджеры» подтянули некоего Боба «Убийцу» Дилла, отлученного от АХЛ за грубость, в надежде, что тот усмирит Ришара. Драка вспыхнула уже в первом периоде, но когда попавший в родную стихию Дилл начал предвкушать легкую расправу, его послал в нокдаун мощный удар в голову. Убийцу «убила» жертва – Морис, довольный собой, покатил на скамейку для оштрафованных. Когда Дилл пришел в себя, он решительно рванул в сторону Ришара, однако месть обернулась полным фиаско. Повторный встречный удар, и самонадеянный «рейнджер» падает навзничь.

Впрочем, в карьере Ракеты случались и менее забавные эпизоды на почве его темперамента. 13 марта 1955 года Ришар умышленно нанес травму защитнику «Бостона» Хэлу Лэйко, после чего усугубил свою вину отличным хуком в голову линейному судье Клиффу Томпсону. Три дня спустя президент НХЛ Кларенс Кэмпбелл вынес свой суровый приговор: дисквалификация до конца сезона, включая плей-офф. Это была невосполнимая потеря для «Хабс», которые к тому моменту вели упорную борьбу за лидерство в регулярном чемпионате, а сам Ришар с 74 очками (38+36) в 67 матчах возглавлял список лучших бомбардиров. Надо ли говорить, что Монреаль впал в шоковое состояние, которое вскоре сменилось злобно-агрессивным настроением. Когда Кэмпбелл на следующий день посетил «Форум» в рамках встречи «Канадцев» с «Красными Крыльями», он был немедленно атакован заранее припасенными яйцами. Артиллерийский обстрел и бурное негодование, вылившиеся в массовые беспорядки на улицах, вынудили организаторов перенести встречу. Городу был нанесен ущерб в 500 тысяч долларов. Тот день вошел в летопись «Канадиенс» под названием «бунт Ришара». Ради своего кумира люди были готовы устроить революцию.

Даг Харви 
Похожие по модулю, но противоположные по знаку эмоции фаны «Хабс» испытали 9 апреля 1946 года, когда, одолев «Бостон» со счетом 6:3 в пятом поединке финала плей-офф, «Канадцы» завоевали свой 6-й Кубок Стэнли. Как и два года назад, победный гол забил Тоу Блэйк, для которого тот сезон стал, по сути, лебединой песней. Спустя полтора года левый крайний сломал ногу и был вынужден завершить карьеру игрока, но только для того, чтобы через 7 с небольшим лет триумфально вернуться в «Монреаль» в качестве наставника и преемника дела Дика Ирвина.

Нельзя не упомянуть и о другом событии, имевшем место в эти годы. Генеральным менеджером «Канадиенс» был назначен Фрэнк Джон Селки. При нем «Монреаль» пять раз подряд выигрывал Серебряную Чашу, и в его ответственности за создание команды-династии нелепо сомневаться. В признание заслуг Селки НХЛ в 1977 году учредила новый приз «Селки Трофи», вручаемый лучшему форварду оборонительного плана (символично, что его первым обладателем станет «канадец» Боб Гейни).

Именно Селк оказался причастен к тому, что «Хабс» удалось заполучить Дага Харви - безусловно, сильнейшего защитника 50-х и одного из лучшего в своем амплуа в истории Лиги. До Харви у «Канадцев», пожалуй, не было по-настоящему звездного оборонца вроде Кинга Клэнси или Эдди Шора. Калибр Спрэга Клэгхорна, Сильвио Манты (ведущий защитник «Монреаля» во второй половине 20-х и начале 30-х годов, капитан команды на протяжении 9 лет), Эмиля «Батча» Бушара (оплот обороны «Хабс» в 40-х и первой половине 50-х, отдавший клубу 15 лет жизни, капитан команды с 1948 по 1956 год, затем передавший повязку Ришару), при всем к ним уважении, не соответствовал уровню великих вратарей и форвардов «Канадиенс». Надежные и умелые при обороне собственных ворот, им были лишены созидательных навыков, того универсализма, которым в полной мере обладал Харви.

Впрочем, перед началом воспевания оды Харви нельзя не сказать хотя бы несколько слов о другом оборонце, появившимся в «Монреале» приблизительно в это же время – Кене Рирдоне. На самом деле Рирдон дебютировал в «Хабс» гораздо раньше, в сезоне 1940-41. Отыграв два полных года, Кен принял решение отправиться на фронт – пока в НХЛ спорили за Кубок Стэнли, в Европе полным ходом шла Вторая Мировая война. Вернувшись домой, Рирдон повесил на гвоздь винтовку и снял с него коньки. Он неважно катался, не мог похвастаться скоростью, хорошим видением площадки или точным броском. Однако в те 5 лет, что ему было отмеряно судьбой на повторную попытку, ему не было равных по части жесткости, умения постоять за партнеров, самоотверженности. Его обожали в Монреале и ненавидели в других городах. Он не жалел ни себя, ни соперников, и травмы постоянно преследовали его.

Первый послевоенный чемпионат 1945-46. На его старте Рирдон повредил плечо, но вместо положенных трех недель оставался вне игры всего 10 дней. Едва вернувшись на лед, он проводит силовой прием, промахивается и на полной скорости врезается травмированным плечом в борт. Благодаря нечеловеческой силе воли он заканчивает матч, после чего попадает в руки хирурга, который, покачивая головой, произносит диагноз: «Я должен чинить не твое плечо, а твои мозги». Ввиду такой манеры игры Рирдон закончил карьеру, когда ему не было и 30. Несмотря на короткий хоккейный век и специфический стиль игры, Рирдон в 1966-м присоединился к своим более знаменитым одноклубникам, уже избранным в Зал Хоккейной Славы.

Под присмотром Рирдона прогрессировал Харви, до прихода в «Хабс» успешно игравший в «Монреаль Ройалс», завоевав кубок Аллана (главный трофей лиги Квебека, в которой выступали «Ройалс»). Его дебют в НХЛ состоялся 16 октября 1947 года в проигранном «Рейнджерс» матче регулярного чемпионата (1:2). Набрав 8 очков в 35 встречах, Даг был отправлен в клуб АХЛ «Баффало Бизонз» – мудрый Дик Ирвин рассудил, что 23-летний защитник еще сыроват для НХЛ. Зато со следующего сезона Харви прочно вошел в обойму основных оборонцев и вскоре занял в ней ведущую позицию. У него не было слабых мест. Великолепно читающий игру, основательно подкованный тактически, неуступчивый и жесткий в единоборствах, неустрашимо блокирующий броски соперника, Харви обладал лучшим в Лиге первым пасом. Он умел контролировать темп игры, в случае необходимости ускоряя или замедляя ее, был незаменим при розыгрыше большинства. Даг точно знал, когда нужно щелкнуть по воротам, а когда перевести шайбу партнерам. К сожалению, в те годы «плюс-минус» еще не подсчитывался – можно не сомневаться, что по показателю полезности Харви нашлось бы мало равных.

Когда НХЛ ввела еще один индивидуальный приз – «Норрис Трофи» для лучшего защитника чемпионата, - проблемы выбора его лауреата попросту не существовало. По-джентльменски уступив первого «Норриса» знаменитому оборонцу «Детройта» Леонарду «Реду» Келли, Харви затем полностью монополизировал эту «статью расходов» Лиги. За 8 лет в промежутке между 1955 и 1962 годом Харви признавался лучшим защитником 7 раз (6 в «Монреале» и один в «Рейнджерс», куда Харви перешел в 1960-м на роль играющего тренера), взяв передышку лишь в сезоне 1958-59, когда «Норрис» отошел его партнеру Тому Джонсону. Одиннадцать раз подряд его избирали в символические пятерки «Всех Звезд» по итогам сезона (10 – в первой пятерке). Всего за 14 сезонов в форме «Канадиенс» Харви в рамках регулярного чемпионата сыграл 890 матчей, в которых набрал 447 очков. Момент увековечивания его «двойки» под сводами «Форума» оттянулся аж до 1985 года по «политической» причине: Харви участвовал в первой попытке создания ныне очень могущественной Ассоциации игроков НХЛ (NHLPA).

Жак Плант
При непосредственном участии Харви «Канадцы» завершили семилетку без чемпионских перстней, взяв 7-й Кубок Стэнли в клубной истории 16 апреля 1953 года. В финальной серии «Бостону» удалось выиграть всего один матч, и единственного точного броска Элмера Лэча в овертайме поединка номер 5 хватило для победы – сменивший в «рамке»ушедшего на пенсию в 1950 году Дарнэна Джерри Макнейл был в тот вечер непробиваем. А дублером Макнейла был ни кто иной, как Жак Плант, один из величайших голкиперов в истории НХЛ.

Как и многие «канадцы», на начальном этапе профессиональной карьеры уроженец Шавиниган Фоллз (Квебек) Плант «стажировался» в «Монреаль Ройалс», где провел 4 года. Следующие два сезона (1953-53 и 1953-54) он периодически появлялся в рамке ворот «Хабс» и даже отыграл 4 матча победного плей-офф-53, но большую часть времени пребывал в АХЛ, в «Баффало Бизонз». Первый его полный сезон в «Канадиенс» (1954-55) стал последним для Ирвина – Дик, не сумев одолеть «Детройт» в финале Кубка Стэнли весной 1955-го, подал в отставку, что положило конец 15-летней эпохе правления этого выдающегося наставника.

Но преемственность поколений была сохранена. Дело Ирвина продолжил его ученик Тоу Блэйк. Одной из причин, по которой Фрэнк Селки доверил руль не имевшему самостоятельного опыта работы молодому специалисту, стало умение Блэйка контролировать искрометный темперамент бывшего партнера по звену Мориса Ришара, направляя энергию Ракеты в нужное русло. Выбор Селки оказался сверхудачным: под руководством Блэйка «Канадцы» с ходу завоевали 5 чемпионских перстней кряду (1956-60), продлив начатую при Ирвине (сезон 1950-51) череду непрерывных выходов в финалы плей-офф до 10 подряд! Всего же Тоу добавил в коллекцию «Хабс» восемь Серебряных Чаш за 13 лет. При нем «Канадцы» выиграли 82 кубковых матча из 119 и никогда не пролетали мимо плей-офф.

Роль Планта в становлении третьей в истории НХЛ команды-династии (после «Оттавы» и «Торонто») невозможно переоценить. Начиная с сезона 1955-56 и вплоть до 1959-60 включительно, Жак выиграл 5 «Везина Трофи» подряд, чего никогда не удавалось ни до него, ни после. Гегемонию Планта в 1961-м прервал голкипер Торонто» Джонни Бауэр, на что был приготовлен убийственный ответ. В сезоне 1961-62 Жак не только выиграл 6-ю «Везину» за 7 лет, повторив достижение Билла Дарнэна, но и, одержав 42 победы в 70 матчах (повторение личного рекорда 1956 года), был признан самым ценным игроком регулярного чемпионата. Лишь в 1997 году «Харт Трофи» снова удалось завоевать голкиперу – на этот раз Доминику Гашеку.

На этом летопись достижений Планта не заканчивается. Отыграв 2 сезона в «Рейнджерс», в 1965 году он объявил об уходе на пенсию. Пенсионером Жак прожил 4 года, после чего неожиданно заключил контракт с новичком НХЛ «Сент-Луисом», составив, возможно, самый именитый вратарский тандем с двукратным лауреатом «Везина Трофи» Гленном Холлом. В сезоне 1967-68 два ветерана дотащили «Блюзменов» до финала Кубка Стэнли (Плант в том плей-офф пропускал всего 1,43 шайбы за матч и сделал 3 «шатаута») и на двоих завоевали еще одну «Везину». Планту уже стукнуло тогда 40, но он не желал успокаиваться. В НХЛ он провел еще 4 сезона (за «Блюз», «Мэйпл Лифс» и «Брюинз»), а закончил карьеру в 1975 году игроком «Эдмонтон Ойлерз» - тогда «Нефтяники» выступали еще в ВХА. Всего же в регулярных чемпионатах Плант отыграл 837 встреч: 435 побед, 82 «шатаута» и 2,38 пропущенных гола. Кубковые показатели впечатляют еще больше: 112 матчей, 71 победа, 14 «шатаутов» и 2,14 гола.

Впрочем, Плант велик не только своим вратарским мастерством, но и тем влиянием, которое он оказал на последующие поколения голкиперов. Яркий представитель «стоячего» (от англ. stand-up) стиля, Жак первым стал регулярно покидать ворота, чтобы прервать движение скользящей по борту шайбы. Он регулярно демонстрировал, что голкипер способен на нечто большее, чем просто отражать броски, что он является полноценным участником игры. Плант первым взял в привычку сигнализировать судьям и своим партнерам о пробросе шайбы поднятой вверх рукой, он не чурался давить своим авторитетом на рефери.

Плант совершил революцию и в вопросе вратарской амуниции. Подверженный приступам астмы, Жак в 1956 году перенес операцию по поводу синусита (заболевание носовых пазух), стоившую пропуска 13 матчей, а на первую тренировку после восстановления он вышел во вратарской маске, дабы предохранить прооперированный нос. Блэйк отнесся к этой инициативе настороженно, поскольку правила не разрешали ношение масок во время официальных матчей. Однако эпизод, случившийся 2 ноября 1959 года, заставил Тоу взглянуть на проблему по-другому. В матче с «Нью-Йорком» шайба после щелчка попала в лицо Планту. В принципе, ничего необычного, голкиперы в силу своего амплуа вынуждены были мириться с возможностью встречи с резиновым диском «лицом к лицу». Планту наложили швы, но в ворота «Монреаля» встал некто с маской, закрывающей лицо. Блэйк был в ярости, но заменить Жака в тот вечер ему было некем, а тот категорически отказывался снимать маску. Блэйку пришлось пойти на уступки, разрешив голкиперу надевать маску, пока не заживут раны. Но к счастью Планта и его последователей, «Монреаль» как раз в это время выдал


Вход
логин :
пароль :
Напомнить пароль?
Оперативные новости

Сантехника вашего дома

Спортивное питание. Как питаться, чтобы нарастить мышцы?

Удивительная Хорватия

Противоскользящие покрытия

Спортивное питание

История ванн

Как выбрать туристическое снаряжение

Опрос

Анахайм Дакс
Атланта Трэшерз
Баффало Сэйбрз
Бостон Брюинз
Ванкувер Кэнакс
Вашингтон Кэпиталз
Даллас Старз
Детройт Ред Уингз
Калгари Флеймз
Каролина Харрикейнз
Коламбус Блю Джекетс
Колорадо Эвеланш
Лос-Анджелес Кингз
Миннесота Уайлд
Монреаль Канадиенс
Нью-Джерси Дэвилз
Нью-Йорк Айлендерс
Нью-Йорк Рейнджерс
Нэшвилл Предэйторз
Оттава Сенаторс
Питтсбург Пингвинз
Сан-Хосе Шаркс
Сент-Луис Блюз
Тампа-Бэй Лайтнинг
Торонто Мэйпл Лифс
Филадельфия Флайерз
Финикс Койотис
Флорида Пантерз
Чикаго Блэкхокс
Эдмонтон Ойлерз